Когда мы экстренно уезжали из Беларуси, было мало чего понятно. Мы не знали, где будем жить, где работать и насколько вся эта история затянется. Но, несмотря на это, действуя, казалось бы, не логичным образом, мы решили обязательно взять с собой наши любимые настольные игры. В ситуации, когда считаешь каждый сантиметр в багажнике, несколько коробок выглядят, мягко говоря, не предметами первой необходимости. Но оставить их мы не смогли. Только спокойно поразмыслив, я понимаю, что это было верное решение. Ведь это были не просто игры. С каждой уже было связано слишком много всего: конкретные люди, воспоминания, привычки. Поэтому, когда вокруг слишком много неизвестного, очень даже логично взять с собой эти “частички памяти и тепла”. Кто-то берет фотоальбомы, а мы взяли настолки…

Сейчас, когда мы живем в Польше уже больше 3 лет, я привык к пачкоматам и “Жабкам” на каждом углу, к любви поляков к очередям и к тому, что настолки здесь — не нишевое хобби, а очень популярная тема для каждого. Настолки тут везде! В них играют по четвергам в локальных домах культуры и на масштабных фестах, в школах есть стеллажи с играми, их можно взять в библиотеках, в стране есть своя “настолочная почта”, а блогеры снимают видео уровня телевидения. Давайте обо всём по порядку!

Начнём с минимально необходимой терминологии, которую мы обязаны знать! Настолки по-польски — planszówki (от plansza, игровое поле) или gry planszowe. Народное название **gry bez prądu (**игры без электричества). Эти слова вы увидите на афишах многих фестивалей, а еще можно искать в поиске, если решите найти что-нибудь новенького.

Немного истории

Если искать точку старта польской настольной истории, можно забраться далеко.

Хотя, если внимательно поискать, уверен, еще во время Речи Посполитой и ВКЛ были интересные настольные проекты.

Но вернёмся несколько позднее... Представьте: идет II Мировая. В оккупированной Варшаве математик Кароль Борсук после закрытия Варшавского университета остался без работы и решил, что можно заработать на жизнь созданием и продажей настольных игр. Так появилась “**Hodowla zwierzątek”** — «Разведение животных». Это были полностью вручную сделанные игры. Его жена Зофья вручную клеила 12-гранники и собирала экземпляры игры, рисунки животных сделала Янина Сливицкая. Большинство комплектов погибло в огне вместе с Варшавой, но один экземпляр сохранился.

Спустя полвека, в 1997-м, издательство “Granna” вернуло игру на рынок уже под знакомым названием Super farmer. К 2025 году издательство сообщало о более чем 3 000 000 проданных экземпляров по всему миру. Она продавалась даже в Беларуси.

Безусловно, считать данный эпизод официальной точкой польского настольного бума было бы не совсем верно. Современное хобби в том виде, в каком мы его знаем, начало складываться гораздо позже, на рубеже 1990-х и 2000-х. В этот момент в Польше появляется инфраструктура, без которой никакое массовое увлечение невозможно.

Издательство Portal Games начинает работу в 1999 году, сначала вырастая из ролевой среды. Rebel появляется в 2003-м как небольшой магазин в гданьском подвале, где группа энтузиастов привозит из-за границы игры, которые в Польше практически невозможно достать. Настоящий буст случился после вступления Польши в Евросоюз в 2004 году, тогда доступ к зарубежным играм заметно упростился и поток новых настолок хлынул на местный рынок.

В 2005 году по-польски выходит Catan и в том же году получает польскую награду Gra Roku. Сегодня Catan кажется далёк от современного настольного дизайна, но для середины нулевых такие игры были важным мостиком между гиками и широкой аудиторией. Настольщики начали обрастать собственной средой. В 2006 году в Гливице прошёл первый Pionek — его организаторы называют старейшим польским мероприятием, целиком посвящённым настольным играм. В 2008-м во Вроцлаве стартовала Gratislavia: на второй фестиваль пришло 220 человек, на третий уже 400, а к шестому — около 700. То есть за несколько лет речь уже шла не просто о группке гиков, а о широком настольном сообществе. Исторически в Польше сначала игры жили главным образом рядом с фантастикой (в т.ч. RPG), а затем начали выходить к людям, которые просто хотели проводить время с семьёй и друзьями.

Ещё одна польская игра, которую упомяну - **Kolejka (Очередь)**. В 2011 году Институт национальной памяти выпускает игру о дефиците и очередях поздней Польской Народной Республики. Игроки стоят в очередях в магазинах, толкаются, хитрят, пользуются знакомствами — а товара, разумеется, на всех не хватает.

До выхода об игре писали СМИ по всему миру, а локализация была заявлена в 150 странах. Помню даже у нас на полках была. Получился интересный микс, когда настольная игра стала способом говорить о коллективной памяти и историческом опыте. Kolejka до сих пор активно продается в польских магазинах.

К этому моменту поляки уже не просто наигрывали в хорошие зарубежные игры. Польские авторы и издательства всё увереннее шли в направлении собственных разработок. Portal, например, в 2012 году привёз на Essen Robinson Crusoe Игнация Тшевичека и заключил соглашения на издание игры с 12 зарубежными издательствами. Польская индустрия постепенно переставала быть только рынком локализаций и становилась экспортёром собственных проектов.

А потом пришёл краудфандинг и дал новый буст индустрии. Если в 1943 году игра собиралась вручную дома, то 75 лет спустя польская Nemesis студии Awaken Realms выходила уже сразу на мировой рынок. Кампания 2018 года на Kickstarter собрала более 3 миллионов фунтов от 30553 бэкеров.

Gamefound, главный конкурент Kickstarter в мире настолок, — польская платформа. Её возглавляет Marcin Świerkot, один из основателей Awaken Realms.